Мы продолжаем публиковать отрывки из автобиографии французского теннисиста Ришара Гаске. В этой главе он вспоминает о том, в какой обстановке проходил финальный матч Кубка Дэвиса-2017 Франция-Бельгия.
Возвращаясь в холл через несколько минут, мы видим, как Маю и Беннето садятся рядом с Янником в баре. Мы знаем, что их ждет бойня. Они возвращаются с гримасой на лице, которую я никогда не забуду – гримаса отражает полное разочарование… В зале, где собирается команда царит свинцовое молчание. Тем не менее, они пришли к нам, и еще раз доказали, что они умны и проникнуты духом коллективизма…Даже при том, что они не спали этой ночью, Маю и Беннето вели себя в этот уикенд образцово показательно. Тем не менее, в наших рядах чувствуется напряжение. За более чем десять лет я ни разу не испытывал такой стресс в команде. Вот в чем риск пари такого масштаба. В сознании каждого из нас это решение Ноа сулило два момента – до и после. Если мы выиграем, но становимся героями. Если проиграем, с нами будет покончено. Это будет начало ссылки, Янник мёртв, я мёртв и Пьер-Юг Эрбер тоже мёртв. Мы все мертвы. Будучи фаворитами в матче против Бельгии до того, как Ноа принял это рискованное решение, мы не имеем права проиграть. Мы ощущаем огромное давление.
На следующий день, в пятницу были сыграны первые одиночные матчи. Люка Пуй проиграл Давиду Гоффену, зато Цонга легко обыграл Дарсиса – и при этом сыграл столь энергично, что я себе позволил еще одну попытку и спросил его: «Ты уверен, Джо, что не хочешь сыграть пару со мной?». Мой вопрос дошел до Янника Ноа, который зашел ко мне в комнату после возвращения со стадиона и наехал на меня так, как никто еще на меня не наезжал: «Я сказал, что ты будешь играть с Эрбером. А теперь заткнись! Будет так, а если ты не доволен – проваливай».
Остается сыграть этот пресловутый парный матч. При счете 1-1, мы знаем, что парная встреча будет решающей. Давид Гофен, вернувшийся с Итогового турнира ATP, где он обыграл Надаля и Федерера, и вышел в финал, обрел сумасшедшую форму. Он является фаворитом, и добыл для своей команды дополнительное очко. С учетом расклада сил, Люка Пуй, должен сыграть со Стивом Дарсисом. Тогда теоретически счет в матче Франция-Бельгия должен был стать 2-2. До того, как мы сыграли пару в субботу. Нам предстояло сыграть против бельгийского дуэта Жорис де Лор-Рубен Бемельманс. И даже сегодня я не могу понять, почему бельгийский капитан не поставил на парный матч недосягаемого Гофена, но я рад, что так получилось.
“Кубок Дэвиса – сумасшедшее соревнование, которое обещает игрокам как экстаз, так и отчаяние, в равных дозах” (с)
И хотя мы быстро выиграли первый сет со счетом 6/1, нашей паре не удается скрыть недостатки, которые, как мы полагали, были нам свойственны: нашу нестабильность и наше непостоянство, отсутствие ориентиров и, как следствие, неуверенность. Пьера-Юга зажало в начале второго сета, да и я сам ничего толком не смог сделать. И вот мы уже проигрываем со счетом 1/6, 6/3, 5/3, и находимся на краю пропасти. Наша наспех сформированная пара мало что может противопоставить команде, которая на бумаге не казалась непобедимой. Янник белый как полотно сидит на капитанском стуле, рядом с ним Джо сиреневого цвета. И вот тут, в разгар матча, я ощущаю невероятный прилив стресса.
Я знаю, что в случае проигрыша, у нас больше не будет шанса выиграть Кубок Дэвиса. И что поскольку я изначально не был запрограммирован, и при этом был самым опытным игроком в команде, у меня больше не будет карьеры. При таком сценарии со мной будет покончено. Вот какие мысли преследовали меня в третьем сете. Мысли, которые сулили ничего хорошего в концовке матча. К счастью, когда он подавал на сет в третьей партии, чтобы сделать счет 2-1 по сетам в пользу бельгийцев, Бемельманс в свою очередь дрогнул. Крики «Гаске, Гаске!» доносились с верхних трибун огромного стадиона имени Пьера Моруа, и в этом невероятном шуме, я чувствую прилив сил. Эрбер также под конец матча показывал гениальную игру. Мы выиграли матч в четырех сетах. Никогда раньше я не заканчивал теннисный матч с таким чувством облегчения.
На следующий день Цонга проигрывает Гоффену. Но Люка Пуй, обыгравший в пятом решающем матче Дарсиса, подарил нам Кубок Дэвиса. Я верил в Люку Пуйя, этого крепыша, который всегда был образцовым командным игроком. Он заслуживал того, чтобы ему была оказана эта честь.
И все же последние несколько дней оказались, чтобы я по-настоящему оценил эту гордость за самый красивый трофей в моей карьере. Это было скорее облегчением, нежели достижением. Я знаю, что в этой нашей победе мало общего с победой в 1991 году, которая изменила жизнь этих игроков, одолевших Сампраса и Агасси в Лионе в сумасшедшей эйфории. После матча атмосфера не была особенно теплой; наше проклятое поколение, которое, по словам Ноа, «ничего не выиграло», была просто обязана выиграть Кубок Дэвиса. Субботний пан или пропал – иначе лучше не скажешь – обнажил нервы до предела. Я испытал в тот уикенд такое напряжение, что не смог полностью насладиться и отметить победу. Кстати сказать, эту победу никто особо не отмечал – из-за проблем в своем рабочем графике президент Макрон не смог принять у себя победившую команду. У меня было всего лишь ощущение того, что мы избежали падения в пропасть. Если бы мы проиграли, нам бы пришлось покинуть страну – в первую очередь Яннику и мне. Но в конечном итоге, сколько эмоций! Я не жалею ни об одной из них, которую дарит нам Кубок Дэвиса, это сумасшедшее соревнование, которое обещает игрокам как экстаз, так и отчаяние, в равных дозах. Даже финал турнира «Большого шлема» не заставил бы меня так вибрировать.
